Ее Величество в день 70-летия ея правления обратилась с посланием к народу, где объявила Чарльза будущим королем, а его разведенку-жену – королевой-консортом. Это, конечно, форменный скандал, разведенка на троне! "Так "Вишневый сад" еще никто не ставил!", как говорится. В 1952-м, в году ее воцарения, поди, такого не было.
В 1952 году Сталину было 73 года, его царствования оставался еще год и целый месяц, еще была жива Ахматова, только что был принят в КПСС двадцатилетний Миша Горбачев, до появления первого смартфона оставалось 60 лет, ну, и почти столько же – до основания Twitter, в котором королева и опубликовала вчера свое обращение.
О, это было задолго до эпохи политкорректности и культуры бойкота кэнслкалче, даже рок-н-ролл еще топтался на пороге, и уж точно задолго до того, как рыцарское звание стали присваивать рок-музыкантам.
За это время мир многажды сменил прикид. На фоне этого всего какая-то разведенка на троне не кажется таким уж падшим бастионом…
Но это как посмотреть. Что-то же должно быть в мире неизменным, назло всему, и если уж это не Виндзоры, то что же?..
Монархическая идея выдержала и сексуальную революцию, и асексуальную контрреволюцию, ибо только самые упрямые, самые традиционные, самые несовременные выживают в мире "текучей современности", когда "история понеслась вскачь". И, как говорится: молодые, вам уже пора задуматься о том, какой мир вы оставите Валерию Леонтьеву и Софии Ротару.
Ее Величество в своем письме порадовалась, что и самые тяжелые дни карантина тоже позади. И подписалась она – ну, как обычно властители подписываются: Ваша Слуга, Елизавета.
Мы, бывшие советские граждане, хорошо помним лицемерную эпоху нашего пионерского детства и как там дорвавшиеся до власти чиновники называли себя "слугами народными", и без всяких разъяснений мы тогда понимали, почему "слуги народные" лучше "хозяев" живут. И над фразой "ваша слуга" только хихикаем.Нельзя не соотнести в своем воображении этот ее 70-летний юбилей с той датой, когда она взошла на престол: 6 февраля 1952 года. Поздравлял ее с восшествием тов. Сталин. Который, как известно, говорил о себе в третьем лице. Здраствуйтэ, с вами будэт говорить товарищ Сталин. Товарищ Сталин прочел, товарищ Сталин думает… Так он разговаривал и с Пастернаком, и Булгаковым. А что, вы проситэсь за границу? Что, мы вам очень надоели?
Что этим хотел продемонстрировать Сталин, дистанцируясь от своего великого имени? Лицемерно умалял себя, дескать, я даже и не Сталин, куда мне, я простой, как и ты, человечишко. Другое дело, товарищ Сталин – это и партия, социализм, и коммунизм, и кремлевский горец, и демиург – все сразу… У обращения к себе в третьем лице тоже есть традиция. Многие сбрендившие тираны (зачеркнуто) руководители страны говорили о себе так же. Вот, к примеру, самвосхваление и самоаттестация Цезаря: "Не может Цезарь быть несправедлив", – это он о себе так.
Есть еще и знаменитое: "Мы, Николай Вторый" – это особое местоимение: "множественное величия", плюралис майэстатис – множественный род, которым пользуются монархи, папы, высшее дворянство, а также небинарные геи и откровенные психи из соседней с нами палаты. То есть человек говорит как бы не от себя, а с ним вместе, за его спиной стоит и к нам обращается кто-то еще: Всевышний, род, целая традиция, вся страна...
Папа римский говорит не как частное лицо, с ним – Бог, поэтому "мы". Николай Второй, когда говорил о себе "мы", не страдал раздесятерением личности (что можно предположить, вообще говоря, учитывая несоразмерность его персоны занимаемому посту), он имел в виду, что говорит с нами от имени сразу всех Романовых, с одной стороны, а с другой стороны – самого Всевышнего, чьей (а не своей) волей он прикован к трону. Ну, и формально, это связано с множественностью его титулов и представляло собой сокращенную форму фразы "Мы, Император и Самодержец Всероссийский, Царь Польский, Великий Князь Финляндский", что в то время звучало вполне рутинно для монаршей особы.
Мы (опять это "мы", пишу-то я одна)… мы, сыны равенства, не можем понять, почему люди, облеченные высшей властью, так говорят о себе: знак ли это высокомерия, неадекватности, мании величия? Не верим, чтобы дорвавшийся до власти чувствовал свое служение. Не отождествлял бы себя с властью, а принимал бы власть как бремя ответственности. Хихикаем и от елизаветинского: "Ваша Слуга", веселимся и от николаевского "мы", ржем, когда на Валааме монах пытался поцеловать руку президенту России, а тот ее в ужасе отдернул, потому что "наш человек". Потому что воспринимаем это, разумеется, как признак лизоблюдства. Бугага, ручку поцеловал.
Монах может поклониться президенту как символу или как старец Зосима кланялся Дмитрию Карамазову: не тебе поклонился, а всему страданию людскому поклонился! Не понимают, пионэры.
Сегодня кто из даже давно съехавших с резьбы диктаторов скажет о себе: "мы" или "ваш слуга". Нет, устыдится. Засмеют.
"Только короли, редакторы и люди с глистами имеют право употреблять местоимение "мы" по отношению к самому себе". Так объяснил эту небинарную ситуацию Марк Твен.
Живой памятник прошлого, царствующая представительница династии Виндзоров, являет собой пример еще того, прошлого традиционного отношения к власти, и она говорит "ваша Слуга Елизавета", совершенно естественно не стыдясь. Никакого лицемерия тут нет.
Ибо что-то же должно оставаться в мире неизменным, назло всему, и если уж это не идея ответственности и служения, то что?..
Когда-то коллега сказала мне: знаю только двух женщин, которые умеют жить, – это королева-мать и Юлька Меламед. Про меня она так сказала, потому что меня посреди зимы в дождливом феврале понесло зачем-то в Венецию, это было вне ее логики, и кроме фразы "умение жить" к этому странному поступку ничто в ее лексиконе не подходило. А вот королева-мать, отметившая столетний юбилей в отличной форме, тогда покоряла всех.
Долголетие Виндзоров… Есть в этом какая-то крупная мысль природы… В чем она? Как будто она не о победе их генетики или торжестве английской медицины. Как будто это о чем-то другом… Как будто учение Маркса всесильно, потому что оно верно. Долголетие – само по себе выигрыш. Тот, кто пережил всех, всех и обыграл, всех и переубедил. В старухе и сегодня еще жизни лет на 20. И, молодые, вам уже пора задуматься о том, какой мир вы оставите королеве Елизавете II.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.
Свежие комментарии