С 1 марта 2026 года в России ужесточились законы в сфере искусства, касающиеся борьбы с пропагандой наркотиков и защиты традиционных ценностей. Представители российской киноиндустрии, комментируя новые нормы, замечают, что они не содержат четких критериев и формулировок, что может поставить под угрозу кинобизнес в стране в целом.
"Газета. Ru" - о том, как новое законодательство может сказаться на отечественном кинопроизводстве.Суть законодательных изменений
~Федеральный закон № 225-ФЗ с 1 марта 2026 года вводит штрафы за распространение произведений литературы и искусства, содержащих информацию о наркотиках и психотропных веществах.~ Граждане будут платить от 2 до 4 тыс. рублей, должностные лица и ИП - от 10 до 30 тыс., а юридические лица - от 300 до 600 тыс. Закон также предусматривает конфискацию продукции, дисквалификацию должностных лиц на срок от года до двух лет и более суровые меры для иностранцев и лиц без гражданства.
~Кроме того, с 1 марта вводится запрет на распространение фильмов и сериалов, дискредитирующих или пропагандирующих отрицание традиционных российских духовно-нравственных ценностей.~ Это коснется как владельцев онлайн-кинотеатров, так и владельцев сайтов и страниц в социальных сетях с суточной аудиторией свыше 500 тыс. пользователей. Контроль контента возложен на Министерство культуры, которое будет осуществлять проверку произведений по инициативе любого гражданина.
"Даже негативный контекст может привести к запрету материала"
Эксперты предупреждают, что новые законодательные нормы создадут серьезные риски для российской киноиндустрии.
По словам адвоката Сергея Жорина, ~"теоретически" пропагандой сможет считаться любой фильм, где тема наркотиков раскрывается даже через трагедию персонажа~."Критерий здесь не только последствия, но и эмоциональный тон, визуальная подача и фокус сюжета. В практике по экстремизму и пропаганде уже закрепился принцип: даже негативный контекст может привести к запрету материала, если он создает "вторичный положительный эффект". Это вызывает наибольшие опасения у индустрии", - отметил он.
Эксперт подчеркивает, что закон оперирует оценочными критериями, а границы его применения будут формироваться судебной практикой: "Реальные гарантии появятся только спустя годы правоприменения".
~Особую тревогу новые нормы вызывают у документалистов.~ Ольга Курина, вице‑президент Гильдии неигрового кино и телевидения, поясняет, что в реальном материале нельзя предугадать поведение героев и полностью убрать из кадра запрещенные элементы.
"Из кадра часто невозможно убрать все запреты, что усложняет производство", - подчеркивает она.
Однако опасения, связанные с законом о пропаганде наркотиков, лишь часть более широкого вопроса, поскольку многие новые нормы оперируют расплывчатыми формулировками, что создает правовую неопределенность для кинематографистов, говорят эксперты. Например, аналогичная проблема возникает в связи с новым законом о дискредитации традиционных ценностей: ~из-за формулировок под запрет могут попасть даже сатирические комедии, высмеивающие человеческие ошибки и пороки.~
"Это один из главных камней преткновения нового закона - никто не знает, как он будет работать", - говорит кинокритик Тимур Алиев.
Адвокат Жорин и вовсе считает, что дать точное юридическое определение "традиционным ценностям" сложно: это понятие слишком идеологическое и динамичное, чтобы его можно было четко описать.
"Даже в указах понятие определяется через ценности, а не через конкретные критерии", - подчеркивает эксперт.
Самоцензура
Представители индустрии также опасаются, что новые ограничения спровоцируют волну самоцензуры. Сценарист Олег Маловичко уверен, что авторы будут либо использовать эзопов язык, либо избегать острых тем - что в перспективе снизит художественную ценность отечественного кино. В качестве примера он приводит фильм "Реквием по мечте": "Огромное количество людей пересмотрело отношение к наркотикам после его выхода, и едва ли кто‑то мог на них "подсесть" после просмотра".
Адвокат Жорин разделяет эту точку зрения и называет самоцензуру "практически неизбежной" в текущих условиях из‑за финансовых рисков и размытых критериев. ~Он предлагает перенять зарубежный опыт и сопроводить нормы публичными рекомендациями и консультациями с отраслью.~
Кинокритик Иван Афанасьев добавляет, что влияние закона о запрете дискредитации традиционных ценностей уже ощутимо: проекты становятся проще и более предсказуемыми, а оригинальных и смелых работ выходит все меньше. Эксперт опасается, что российское кино может утратить философскую глубину. При этом реальные проблемы - разводы, насилие, коррупция - никуда не исчезнут.
Рост пиратства
Эксперты обращают внимание на еще один аспект, который возникает из-за поправок к закону о запрете пропаганды наркотиков: чем больше усилий прикладывают легальные платформы, чтобы соответствовать нормам, тем выгоднее становится пиратство.
"Легальный рынок вынужден тратить ресурсы на маркировку и редактуру, а на других платформах с [пиратским] пользовательским контентом те же произведения остаются нетронутыми, появляется очевидный перекос в ущерб добросовестным игрокам рынка", - говорит юрист Илья Русяев.
Выход, по мнению специалистов, - не в запретах, а четком законодательном разграничении пропаганды и художественного осмысления. Нужно определить, как можно говорить о сложных темах, и предусмотреть исключения для произведений, поднимающих острые социальные вопросы.
"Стоит вспомнить стихотворение Владимира Владимировича Маяковского "Что такое хорошо и что такое плохо". Если человек не будет видеть, что такое плохо, он не узнает, что такое хорошо" - резюмирует кинокритик Александр Голубчиков.
"Газета.Ru" также обращалась за комментариями по теме ко многим другим представителям российской киноиндустрии, но получила отказ.
Свежие комментарии